— Не ори на меня, истеричка! – все так же улыбаясь, произнесла я, наблюдая за Джесс. Как я и думала, у нее случился натуральный сдвиг по фазе от подавления сущности. Печально, конечно, но семью не выбирают. Через секунду в меня уже летел нож, но я даже не шелохнулась, спокойно наблюдая, как клинок отскакивает от меня и отлетает в сторону. О, стадия отрицания, похоже, начала выходить из-под контроля. Я почти на физическом уровне видела внутреннюю борьбу хозяйки, но не двигалась с места. Она должна осознать все сама. Мне же до ее терзаний, как и терзаний моего ангелочка, дела не было.

Тем временем, с сестренкой начало что-то происходить. Вокруг что-то заскрежетало, Джесс упрямо сжимала губы, но зеленый светящийся туман окутывал ее кисти. О, да она же даже не понимает, что интуитивно тянется к тому самому темному резерву, который заложен в ней. Но он подавлен, разрушен, его нет. И все же, она ищет его где-то внутри, хоть и не понимает, что именно делает. Я улыбнулась шире. Ну вот, наконец-то я вижу перед собой достойную Блэквелл, а не такую же соплячку, как моя Кэсси. Мы уже давно называем друг друга Кэсс и Кэсси. Она – Кэсси, она мягче, добрее, в общем, зануда. Я же жесткая, злая, властная. Темная королева папочки Джона.

Раздался звон. Вылетели стекла, вся техника начала разбрасывать искры. Все металлические предметы поднялись в воздух и острием указывали на меня. Я исступленно расхохоталась, раскинула руки в стороны и покрутилась вокруг себя, задрав голову вверх. Ее силы, незнакомые, но, в то же время, такие родные, ощущались на коже как теплый мягкий плед. Ох уж эти девочки! На чистейшем английском объяснила истеричке, что не сможет она мне вред причинить, но нет. Нам же надо попробовать, потрогать, потыкать во все места. Тьфу, она больше похожа на Кэсси, чем сама думает.

— О да! – я разразилась еще более исступленным смехом, — Покажи, что ты можешь! – я старательно провоцировала девушку, потому что не нравилось то, что происходило. Ощущение было таким, словно она уравновешивает мою тьму, из-за чего я переставала ощущать себя двумя разными личностями, становясь вновь полноценной. А учитывая, что моя светлая не торопится объединиться, мне более чем нравилось такое состояние. И я бы с удовольствием осталась бы в таком состоянии постоянно. По крайней мере, наличие семьи гарантировало мне именно это, и я не собиралась лишаться этого. Поэтому сестренке придется признать мою правоту, хочет она или нет. Это выше нас обеих. Выше всего.

Похоже, что моя тьма откликалась на тьму в ее душе, чем бы она у нее сейчас ни была и как бы ни называлась, растекаясь по венам, и заряжая энергией. Если нас всего двое, а мы уже способны увеличить силу друг друга, то что будет, когда вся семья будет в сборе? Угроза апокалипсиса? Маниакальное вырезание всех врагов подчистую? Мощь невероятных масштабов? Почему-то последнее мне нравилось больше всего. Но я Блэквелл, папина гордость, для меня семья стояла, стоит и будет стоять на первом месте. Даже если в семье будут недостойные личности. Хотя, если я у Джона получилась идеальной, может, и остальные окажутся шедевром. Небольшие (читать: огромные) проблемы с головой и фанатичная любовь к семье ведь не смертельно? А это есть у каждого Блэквелла.

— Еще! – восхищенно кричала я, наслаждаясь потоками незнакомой силы, почти как минуту назад – триумфом. Даже если небеса рухнут на землю, обрушив этот город, в живых здесь останутся только двое: я и эта девочка. Потому что, что бы она ни говорила, как бы ни отрицала, наша кровь откликается друг на друга. Поэтому и навредить друг другу мы не можем, даже при всем желании. Но можем, конечно, пободаться, упрямства у меня тоже хватает. Если Джесс думала, что я испугаюсь, а еще лучше, сбегу, то она глубоко заблуждалась. Не с той ведьмой разговор ведет. В таком разтроении личности, как у меня, есть свои плюсы. Я плевала на опасность с луны тройным зигзагом. По мне – чем выше опасность, тем интереснее, чем больше разрушений – тем лучше. Извини, Джесс, но, похоже, тебе придется переехать.

— Ну давай! —  в моей душе разверзлись такие темные глубины, о которых моя Кэсси даже не подозревала. Пугающая энергия поднималась внутри, и, стоило ей добраться до губ, я приказала: — Гори! — Вдоль стен разгорелось пламя. В груди что-то зародилось, поднялось по горлу, словно черная желчь, достигло губ и вырвалось наружу страшными словами, от которых водопроводный кран превратился в гейзер. Задрожали стены, трубы полопались, из них под напором хлынула теплая вода, и огонь моментально потух. — Ты же не думаешь, что это будет так легко, правда? Диворсус. — спокойно сказала я и, раскинув руки, почти так же, как Джесс, я подняла в воздух все стекла, направляя их острием в ее сторону. Какая красота! Мои губы изогнулись в усмешке.

—  Как ты думаешь, кто теперь папочкина любимица? Могу намекнуть: не ты. — я сжала руку в кулак и швырнула стеклянный столик в стену, видимо даже не совершая каких-либо действий. Простым движением кисти. Если сущность Джесс подавлена, какие такие силы я ощущаю? И как она ими пользуется? Или это знаменитый зов крови? – Так кто ты? – поинтересовалась я, понимая, что это явно не магия. Интересно, Джесс тоже сейчас склоняется в сторону семьи или воспринимает все не как типичная темная? Хотя, от себя в любом случае не убежишь.

Быть котом довольно удобно. Это Чан И понял еще давно, вот только в современном мире это и вовсе стало выгодно. Если раньше котов просто не замечали, то теперь особенно сердобольные могли даже и подкормить. Правда хватало и тех, кто всячески пытался сфотографировать котов. От таких Чан И пытался убраться как можно быстрее, одного, особенно ретивого, даже поцарапал. Не потому, что его пугали фотокамеры на мобильных телефонах: он был свидетелем, как появлялись первые фотографии и первые фотоаппараты, вот только фамильяру вовсе не надо фотографироваться.
После того, как Ши Юэ каким-то чудесным образом призвала его, и они заключили сделку, Чан И выбрался из ее дома и больше не возвращался. Нужно было обдумать все то, что произошло за последнее время. Смерть Лян Ниу не казалась уже такой неожиданной. Ведьма слишком часто находила неприятности на свою голову и в этот раз неприятность, в лице демона, ее и убила. Неожиданным было другое. Едва Лян Ниу вознеслась в Девяти Небесам, как Чан И почувствовал новый призыв. За все время своего существования, он никогда с таким не сталкивался. Он не единожды терял колдуна и какое-то время даже жил свободным, но сразу же заключать новый договор не приходилось никогда.
Но не только это удивило фамильяра. Ведьма, что призвала его казалась... знакомой.
Память фамильяра не была такой, как у людей. Они не помнили мельчайшие моменты, например, какой-то неважный разговор или незначительное событие, но людей, встречи, яркие впечатления оставались навсегда. К тому же, первый призыв для Чан И был самым значимым событием. Но до конца Чан И уверен не был. Она ли? Про перерождение фамильяр знал, сам с этим сталкивался за две сотни лет. Но если она здесь..., то значит и его колдун может появиться? Точнее, формально он уже не его, но сейчас это не имело никакого значения. Поэтому Чан И и согласился на договор, хотя не видел в нем пока никакого смысла. К тому же после Лян Ниу остался счет в банке доступ к которому Чан И имел.
Черный кот начал вылизываться. Дурацкая привычка, но избавиться от нее было трудно. Особенно после обеда. А покормили его сегодня хорошо: две девушки сначала долго умилялись "котиком", а затем притащили ему консервов. Покончив с "процедурами", Чан И побежал в сторону магазина "Лунный Корень". Найти свою ведьму всегда было просто. Договор, как связующая нить — ее чувствуешь на любом расстоянии. Поглядев неодобрительно на вывеску, Чан И прошмыгнул внутрь. Воздух в лавке был какой-то странный. Кот повел носом: кроме запаха сушеных трав и сандала, явственно ощущался еще чей-то. Может быть, сюда заходили маг с фамильяром? Не успел Чан И расположиться в кресле, чтобы подумать о об этом, как заметил свою новую ведьму.
— Мррр-рррау, — многозначительно обозначил он свое присутствие. Ведьма отчего-то шарахнулась в сторону. Чан И с интересом проследил за этим действием, явно забавляясь такой реакции. Она что, котов в своей жизни не видела что ли? Чан И встал на четыре лапы, готовясь к прыжку, напрочь игнорируя ее приветствие и то, что за ним последовало. Он хотел бы рассмеяться, но в обличии кота это смотрелось бы странно, поэтому только вильнул хвостом. Пожалуй, он не будет рассказывать, что зашел через дверь, пока она отвлеклась. Чан И направился к прилавку. Здесь этот странных запах усиливался.
— Ф-ррр, — последовал короткий резкий вздох через нос, что в переводе означал немой вопрос. Но ведьма, кажется, не замечала того, что здесь кто-то был. Чан И собирался уже пройтись по всему магазину, раз оказался здесь, как послышался звук колокольчика и вошла посетительница. Чан И выглянул из-за прилавка, его желтые глаза сверкнули. Ведьма уже оказалась у прилавка, а он все еще сидел внизу. Седовласая посетительница заговорила, спрашивая о что-то о травах.
Не было никакого щелчка или дыма. Просто только что на полу сидел черный кот, а теперь там сидел молодой человек, причем абсолютно голый. Чан И это никогда не смущало, а вот люди обычно более восприимчивые.
— Здравствуйте, бабушка, сейчас я вам помогу, только решим небольшую проблему, — он посмотрел на ведьму и прошептал, — Принеси мне что-нибудь. Или мне так встать?

скину в личные сообщения

Ох уж эта Лу Сян Сян! Юной госпоже уже шестнадцать, впору бы подумать о своем поведение, перестать махать мечами и палками дни на пролет,  сосредоточиться на музыке и вышивке, вон другие девушки ее возраста уже выходят замуж, некоторые даже успели родить детей! А что Сян Сян? Вновь перебрасывает седло через спину "Белой Бури" чтобы отправиться в очередное приключение!
- Молодая госпожа, молодая госпожа! Куда же вы снова собрались?! Что я скажу господину когда он вернется, а вас не будет дома? Он же меня накажет! - Причитала нянечка то и дело всплескивая руками.
- Тсссс, няня Янь не преувеличивай. Отец уехал всего пару дней назад, он точно не вернется раньше следующего месяца. - И то правда, быть адмиралом труд не из лёгких, ходить по морям дело не простое. Шторм или штиль, и все ваши планы коту под хвост. Никогда нельзя сказать наверняка, сколько точно займет твое путешествие в ту или иную сторону. - Отец патрулирует побережье защищая нас от пиратов, на это всегда уходят недели. Так что. - Поймала нянечку за руки и состроила хитрую мордашку. - Мы отцу ничего не скажем!
Вновь вернувшись к сборам, пристегнула к коню лук со стрелами и длинный меч цзянь. Да, наконец-то у нее настоящий клинок, а с деревянным можно проститься!
Невысокая толстая женщина продолжая причитать заламывая руки.
- Но госпожа, вы же девушка! Вам не стоит ездить одной, да еще и с оружием! Вы так никогда не найдете себе мужа! - Кажется няня вот вот расплачется от бессилия.
- Ну и ладно. - Сян Сян вновь развернулась к доброй женщине и обезоруживающе заулыбалась. - Значит будет кому присмотреть за моим отцом и тобой в старости. Замужество точно переоценивают. Нельзя то, нельзя это, не ходи сюда, будь покорной. Разве не скука? - Да уж, с покорностью у Сунь младшей всегда были проблемы! Вспомнить хотя бы прошлую неделю, она так разгневала отца, что тот заставил ее стоять в позе лошади пару часов, или просить прощения! Прощения? Щас уже! упрямица простояла в полуприсяду почти два часа, пусть ноги и руки дрожали так сильно, что казалось Сян Сян вот вот шлепнется, а после и вовсе пошел дождь. Лишь только причитания нянечки и слова о том, что под дождем молодая госпожа заболеет, смягчили сердце отца и он позволил вернуться в свою комнату.
Поставив ноги в стремена, девчонка взлетев в седло и мягко ткнула коня пятками.
- Цо! - Проезжая мимо бедной няни Янь вновь улыбнулась ей. - Не переживайте, я вернуть до заката. Лучше приготовьте мне мои любимые цзяо цзы с яйцом и луком.

Наконец-то шумные улочки небольшого поселения остались позади, а всадница выехав на равнину летела на встречу ветру и весело смеясь.
- Вперед Белая Буря! Наконец мы свободны! - Свободны ли? Или же отец и правда подыщет ей мужа, и сделает игрушкой в чужих интригах? Когда ты дочь адмирала, никогда нельзя сказать наверняка. Что тебя ждет завтра.
Конь фыркая влетел под сеней вековых деревьев и перешел на шаг продвигаясь по торговой тропе которая проходила через вес лес, а после сворачивала в горы.
Лу обожала эти леса, шелест листвы, яркие запахи, пение диких птиц! Птиц... Девушка натянула поводья придержав Черного Ветра. Она уже достаточно далеко удалилась в чащу, разве птицы не должны наполнять лес своим щебетом? Но они молчали, в воздухе веселье практически зловещая тишина, где-то треснула ветка. Сян Сян привстала в стременах оглядываясь. Бровки сошлись на переносице.
Вдруг в этой тишине раздались крики и звон... стали?! И без того огромные глаза расширились, выхватив лук, адмиральская дочь вновь ткнула пятками бока коня неспешно направив его вперед и пристально всматриваясь в тени мечущиеся между деревьями

✝✝✝       ✝✝ Lang Bingchen ◆ Лан Бинчэнь

✝✝ fan shuaiqi («guardians of the dafeng»)
◆ демон (бай лан, белая волчица) ◆ младшая хозяйка поместья Сюань (Лунтан)
жена

✝      ✝✝  информация

Со своим будущим мужем Бинчэнь познакомилась два года назад, когда Сюань Жэня собирались бить в подворотне. Сын первого министра казался лёгкой добычей для грабителей: богатая одежда, отсутствие оружия и заметный хмельной румянец. Храбрая девушка тут же бросилась отбивать «задохлика», как она сразу же прозвала молодого человека, и пинками выкинула грабителей на оживлённую улицу. Там их быстро схватила стража. Сама же Бинчэнь подобрала спасённого и потащила к себе домой, поскольку свой адрес он был назвать не в состоянии. Польщённый таким вниманием Жэнь не стал объяснять, что он вообще-то почти трезвый и сам мог себя защитить, просто выжидал момент. Он справедливо опасался, что тогда по лбу получит уже он.

До дома семьи Лан девушка его так и не донесла, слуги семьи Сюань подоспели быстрее. Они забрали у спасительницы подгулявшего господина и с поклонами распрощались, а Бинчэнь отправилась по своим делам. Про «задохлика» она потом пару раз ностальгически вспоминала, даже не рассчитывая, что они ещё раз встретятся. Однако мир оказался теснее, чем она думала.

Однажды дедушка Бинчэнь, генерал Лан, позвал её с собой в гости к старому боевому товарищу Шэ Фаню, у которого по (не)случайному совпадению тоже гостил внук. В молодом человеке, которого ей назойливо сватал дед, девушка признала того самого «задохлика» из переулка. В этот раз Сюань Жэнь был трезв и рискнул объясниться. Объяснение предсказуемо переросло в драку, и два деда с умилением вздыхали, глядя как внуки выколачивают друг из друга пыль на тренировочной площадке.

Позже, когда страсти улеглись и Жэнь был прощён, ему удалось узнать о своей спасительнице больше. Бинчэнь происходила из воинственного демонического клана и с детства изучала боевые искусства. Поэтому она мало интересовалась цветочками, танцами и нарядами, и подруг у неё почти не было. Зато она ездила с братьями, которых у неё было пять, в рейды на разбойников и хвасталась количеством побитых ей негодяев.

И всё же она была молодой девушкой из влиятельной семьи, и родители хотели подыскать ей хорошую партию. Поскольку первый министр Сюань Гуан как раз стал собирать военных союзников, его сын был очень подходящим кандидатом в мужья. Бинчэнь, познакомившись с «задохликом» получше, успела проникнуться к нему тёплыми чувствами, так что против брака с ним не возражала. Вот уже больше года Бинчэнь живёт в столичном поместье семьи Сюань, управляет хозяйством и держит слуг и стражу в цепких волчьих когтях.

Детали о персонаже:

1. Бинчэнь – чистокровная демоница, поэтому она сильнее и быстрее обычного человека. Её родичи – бай лан, белые волки, поэтому она может менять облик, сохраняя в зверином обличии человеческий разум.

2. Бинчэнь точно не будет смирно сидеть дома и заниматься одними делами поместья. Скорее всего, она продолжает тренироваться сама и тренирует стражу, поскольку сама – исключительно хороший боец. Может быть связана с ведомством Шень Ду, которое занимается расследованиями преступлений, тут оставляю на откуп игрока.

3. Замуж она выходила точно по любви, что не отменяет того, что муж её временами нешуточно бесит. Они очень разные и по характеру, и по привычкам: Бинчэнь любит зиму и холод, Жэнь всё время мёрзнет; Бинчэнь предпочитает действовать честно и говорить правду, Жэнь хитрый и скрытный; Бинчэнь привыкла открыто показывать силу, Жэнь предпочитает нарочно казаться слабее, чем он есть; Бинчэнь любит вино, а Жэнь – чай… и список можно продолжать до бесконечности. Но несмотря на частые споры и взаимные колкости, они ещё ни разу не поссорились всерьёз. Оба умеют вовремя отступить, да и Жэнь тоже любит жену, просто считает её прямолинейность очень забавной.

✝       ✝✝  дополнительно

✝✝ Игра предполагает и личную линию с Жэнем, и политику. В Лунтане сейчас очень неспокойная обстановка, все влиятельные персоны разделились на два лагеря насчёт того, кто будет следующим правителем - либо племянник императора Тан Вэй, либо племянник императрицы Ван Хэн. Так как Жэнь - адъютант Ван Хэна, то он будет привлекать на его сторону и свою семью Сюань, и семью своей матери Шэ (а они демоны-змеи), и семью своей жены. Бинчэнь, скорее всего, поддержит мужа, но её родственники из семьи Лан не обязательно должны придерживаться того же мнения, что и Жэнь. Так что можно при желании поиграть раскол внутри семьи и конфликт близких родственников. А можно прийти и просто поиграть лёгкие и весёлые личные эпизоды, потому что стеклища в отношениях Жэня и его жены не планируется.

✝✝ Внешность обсуждаема, всё меняемо, но прошу сохранить типаж воинственной дамы. Нежная барышня будет точно мимо образа.

✝✝ Совершенно не принципиален размер ваших постов и наличие птицы-тройки. Единственное, чего прошу не использовать – это лапслок. Сам пишу в диапазоне 3-5к, отвечаю на посты раз в неделю-полторы.

✝✝ Очень приветствуется чувство юмора, контраст между Жэнем и Бинчэнь сделан специально ради грядущего бугага, поэтому играть эту героиню на серьёзных щах вряд ли стоит.

пример игры

- Отец хочет моей смерти, - трагическим голосом сообщил жене Сюань Жэнь. Он только что вернулся из отцовского кабинета, где между министром и его наследником состоялся весьма непростой разговор. Сюань Гуан объявил сыну, что тому следует отправиться в ставку генерала Ван Хэна и стать его адъютантом. То есть, шпионом, который будет старательно собирать сведения обо всём, что происходит вокруг командира, и докладывать батюшке. А батюшка, в свою очередь, тщательно просеет эту информацию и поделится с Его Величеством.

План выглядел весьма неплохо, однако совершенно не учитывал характер Ван Хэна. Вспыльчивый демон мог зарубить засланца в любую минуту, невзирая на статус его семьи. Это значило, что находясь рядом с ним, Сюань Жэнь будет всё время на волоске от гибели. Однако Лан Бинчэнь, которая расчесывала волосы у зеркала, ничуть не впечатлилась.
- А, по-моему, батюшка в тебя очень верит, - ободряюще сказала она. Сюань Жэнь уже приготовился умилённо прослезиться, но тут жена добавила: - Постарайся хотя бы не умереть в первую неделю. Иначе мне будет за тебя стыдно.
Сюань Жэнь оскорблённо поджал губы и ушёл спать в кабинет.

На следующий день он отправился в расположение войск генерала Ван Хэна.  Путь от столицы занял некоторое время, так что по пути Сюань Жэнь уже успел успокоиться. По крайней мере, перестали чесаться, нервно обрастая чешуёй, левая рука и правая нога, и в ставку своего нового командира адъютант прибыл в приличном – и даже элегантном – виде.

Первое, что он увидел – свирепый генеральский взгляд, будто бы рисующий у него на лбу мишень. К холодному приёму Сюань Жэнь уже мысленно был готов, убеждая себя, что грубость можно и потерпеть. Рубить его пополам прямо с порога не будет даже Ван Хэн. Но, встретившись с печально известным командиром лицом к лицу, сын министра ощутил лёгкое сомнение.

В военном лагере столичный щёголь выглядел, как павлин среди стаи ворон. Звание син цаньцзюня не обязывало его носить доспехи, поскольку должность была всё-таки чиновничьей. Однако тщательно подобранные шёлковые одежды смотрелись в аскетичной лагерной обстановке почти вызывающе. Увидев вышитые тапочки своего адъютанта, Ван Хэн, вероятно, убедился, что тот безнадёжен.

На самом деле, Сюань Жэнь долго размышлял над тем, как одеться и что сказать генералу при встрече. Ворочаясь на неудобной лежанке у себя в кабинете, он полночи думал, как ему произвести благоприятное впечатление. После долгих раздумий он пришёл к выводу, что никак. Навязанный императорским указом адъютант будет бесить Ван Хэна в любом случае. С первых минут встречи командир будет мечтать от него избавиться, так что не было смысла казаться кем-то другим, чтобы его умилостивить. Так что Сюань Жэнь решил одеться так, как ему удобно, и, по крайней мере, умереть красивым. Это так его успокоило, что он даже придумал, что сказать, чтобы не лишиться головы в первые пять минут.

Весь этот план очень ему пригодился, когда генеральский клинок со свистом рассёк воздух и остановился у горла. По крайней мере, адъютант не дрогнул, не покрылся чешуёй и не попытался убежать в закат, умоляя дорогого батюшку спасти его из этого кошмара. Вместо этого он бодро произнёс, глядя командиру куда-то в переносицу:
- Син цаньцзюнь Сюань Жэнь прибыл в распоряжение генерала. Прошу генерала располагать жизнью этого недостойного, как ему угодно.
Он скосил глаза на меч, который всё так же был нацелен ему в горло, и продолжил с нахальством, которое могут позволить себе только люди, одной ногой стоящие в могиле: - Генерал желает испытать этого скромного слугу в поединке?

За спиной раздались ехидные смешки гвардейцев. Меньше всего Сюань Жэнь походил на человека, способного отбить хоть один удар. Меч у него был, но ножны с оружием остались у седла. Сейчас в руках у сына министра был только веер – покрытая тёмным лаком бамбуковая основа, хрупкие деревянные спицы и натянутая на них плотная рисовая бумага с модным в столице рисунком весеннего пейзажа. Не самое грозное оружие, особенно против меча.

«Ну давай уже, скажи что-нибудь», - подумал Сюань Жэнь, чувствуя, как опять начинает чесаться правая коленка. Ещё немного – и чешуя полезет вверх, на руки и шею, и её станет заметно даже за многослойными шелками. А своё происхождение полудемон предпочёл бы пока не раскрывать.

Part 1
Я слышал какое-то странное сопение из-за кулис. Видимо все-таки Юн Джи-ын что пыталась выяснить у других наших одногруппников, и мне придется придумывать какое-нибудь оправдание. Или просто сбежать, сообщив, что очень занят. Второе мне казалось наиболее привлекательным, потому что объяснять ей что-либо не хотелось. Но пока продолжалось мое выступление я был в относительной безопасности. Затем должна была выйти сама Юн Джи-ын, а это означало, что у меня будет время, чтобы ретироваться.
Опыт публичных выступлений у меня имелся. Все началось еще с Оксфорда и дискуссионного клуба там, а затем приходилось несколько раз выступать на медицинских конференциях в США. Уже позже здесь, в Корее, когда я занимался продажей медицинского оборудование, мне тоже приходилось вести переговоры и представлять свой продукт. Поэтому если другие студенты и переживали по поводу своего выступления, то меня это едва ли волновало. Публика везде одинаковая, если что-то их зацепит, то уже не оторвать от повествования. И я уже давно старался сделать свою речь интересной. Но, по всей видимости, она все-таки чересчур изобиловала сложными терминами, потому что в какой-то момент я заметил, что кто-то уснул. Первым желанием было обратиться к этой нерадивой ученице, которая предпочла сон довольно интересным изысканиям в мире медицины. Я усилием воли заставил себя продолжать и не обращать внимание на это недоразумение. Выступление еще не закончилось, и последующие три слайда были особенно интересными. Я как раз переключил на второй из них, и начал описывать "умные швы". Эта тема мне была интересна и потому, что я долгое время занимался медицинскими технологиями, поэтому в презентации были фото реальных пациентов, которые проходили исследование и лечение на нашем оборудовании. Только об этом не нужно было никому знать. Я с упоением рассказывал про диагностику и лечение на клеточном уровне без разрезов, когда мой взгляд вновь упал на эту же девушку. И она — спала! Спала в тот момент, когда я рассказывал про удивительные инновации в хирургии, которые становились реальностью!
Закончив свой доклад на интеграции технологий, как неминуемым будущем, я поклонился. Раздались аплодисменты, но девушка даже бровью не повела. Я ушел за кулисы, а Джи-ын вышла на сцену. Теперь мысли о побеге улетучились. Я спустился вниз, к слушателям, и опустился на пустое кресло рядом с девушкой под удивленный взгляд ее подруги. Затем немилостиво толкнул ее в бок.
Part 2
Неужели это она? Я с удивлением оглядывал интернов, которые поступили в нашу больницу. Надо же! Она доучилась и поступила в интернатуру! Не то, что я не верил в успех моих бывших соучеников. Университет Кёнхи славился многими успешными студентами, там не учились те, кто не могли справиться с изучением дисциплин. Даже не смотря на то, что это был мой не первый университет, я все-равно отметил довольно хорошую подготовку. Поэтому она вполне могла закончить университет и поступить в интернатуру. И надо же — хирургия! Я покачал головой, продолжая наблюдать за прибывшими. Хо-сан уже разложил перед интернами подготовленные документы. Они включали в себя заявление, согласие и другие обязательные документы, включая внутренние правила больницы, с которыми должны быть ознакомлены все сотрудники клиники. Пока Хо-сан пояснял, как нужно заполнить документы, я подошел к окну, встав к нему спиной. Теперь я хорошо видел всех интернов, которые внимали словам Хо-сана. Когда все формальности были закончены, Хо-сан стал собирать документы. Я поспешил ему помочь, обойдя с другой стороны и начав тоже собирать документы. Остановившись напротив девушке, которую я узнал четыре года назад (то, что это была она, теперь не вызывало сомнения, память на лица у меня была хорошая), я протянул руку, но так и не взял ее документы, которые она подняла, чтобы передать. Странно, но мир в это мгновение замер, а время — остановило бег.
— Кан Ёнджу? — Спросил я, бросая быстрый взгляд на документы, которые она держала в руках. Точно — она. — Значит, все-таки вы увлеклись хирургией? Что же, отрадно. Хо-сан,— обратился я в своему помощнику, — думаю пора сообщить нашим интернам.
— Да, кхым.., — пробормотал Хван Хо-сан, собрав оставшиеся документы. — Позвольте вам представить доктора Ли Вона, он будет отвечать за направление "хирургия". Что касается остальных наставников, то в течение часа мы назовем вам их имена.

Император хотел прикрыть свои дела, до истории с Цинь у него уже были махинации с другими соседями. Цинь и Иньчжоу - оба императора в сговоре, но им нужны горы и порт, чтобы перевозить оружие через нашу территорию. Война была лишь прикрытием. Поэтому Джен и оказался на той границе, его использовали вслепую, чтобы свалить все на него, если вдруг все раскроется. Как и оба гарнизона - неизбежные потери. Лин же выдали замуж, чтобы передать военный жетон и часть войск генералу - ее жениху как плату за его поддержку в случае, если Лунтан нападет, но очень красиво завуалировали под его желание породниться. Императору нужна была послушная и верная принцесса, она феникс, и может стать его тайным оружием. Но он не знал, что Джен тоже окажется фениксом, поэтому послал убийц, когда Джен выяснил правду.
Сами брат и сестра тоже не знали, что они фениксы до момента смерти. Джен первым умер, и сразу отправился искать сестру. Между ними крепкая привязанность и доверие, не считая взаимных подколов, поэтому Джен не сразу поверил в подозрения Лин на счет дядюшки, а сперва решил поговорить лично. И теперь им нужно встретиться.

Увидев предложенные одежды, я едва сумела сдержать восхищенный вздох. Черный изысканный цвет, простой покрой, изящная драпировка и уникальный узор. То, что подходило мне более чем идеально, и в полной мере отвечало моим предпочтениям. А от предложения отправиться в путешествие, я едва не бросилась нежно обнимать супруга. Похоже, совместное просматривание сновидений отменяется, зато нас ожидают приключения. Внутренне застонала: и за какие заслуги (или прегрешения) мне достался такой дoгадливый супруг?

— Вы ошибаетесь, генерал Лу. – я отступила назад, но все еще не сводила с супруга пылающего взгляда. – Я играю только по своим правилам. И только тогда, когда игра действительно ведется. – страстно прошипела я, намекая, что играет тут исключительно находящийся в комнате мужчина. Немного недоговорила, но по сути сказала правду. Игра ведется, моя собственная. Я же опасаюсь только императорского гнева из-за того, что даже замуж не сумела достойно выйти, и того, что не сумею выяснить правду об отце. Все прочие политические игры, дворцовые интриги, хитросплетения заговоров – сейчас не имели никакого смысла. Я не знала ничего об устройстве Лунтана, мне пока не составить представление о дальнейших ходах.

Лу Фэн был близко. Очень близко. Неприлично близко. Была бы я еще более наивной, и не видела, как минутой ранее меня буквально пронизывали взглядом, могла бы поверить, что генерал испытывает ко мне влечение. Однако, стальной взгляд явно противоречил плавным движениям. Его горячее дыхание опалило мою кожу. Я вскинула голову, чтобы посмотреть мужчине в глаза, и на миг забыла, зачем вообще нужен кислород. Лишь ощутила, как резко подскочивший пульс не просто стучит – ломится в мои барабанные перепонки. Его бешеный ритм тараном пробивал стену моего самоконтроля.

Лу Фэн. Циничный, невыносимый, сдержанный аж до зубовного скрежета… В общем, отлично умеющий доводить. Начатое – до конца, врагов – до гроба, меня – до нервного срыва. Но голос мужчины обволакивал, казалось, что меня окружают звуки музыки, я забыла, о чем думала, и почему хотела противостоять ему. Я отважно зажмурилась, прерывая зрительный контакт, и неожиданно для самой себя успокоилась. Ничего страшного не произошло, мужчина сильный, красивый, сумеет защитить и наверняка не будет препятствовать мне.

— Я переоденусь. – я змеей скользнула за ширму. Пусть мы и не доверяем друг другу, сейчас лучше сделать так, как говорит генерал Лу. К тому же, подобранная им одежда удобнее тяжелого свадебного наряда. Переоблачившись, я в спешке разобрала сложную прическу и убрала волосы повыше, чтобы в дороге не мешались. Не уверена, что получилось красиво и изящно, но супруг недвусмысленно дал понять, что мне не стоит изображать из себя ту, кем я на самом деле не являюсь. Почему бы и нет? В конце концов, мы женаты, нам всю жизнь предстоит провести вместе.

— Идем? – я вышла из-за ширмы и вопросительно посмотрела на мужа, — Могу я узнать, почему мы уезжаем ночью? – я легким, почти невесомым прикосновением, смахнула несуществующую пылинку с плеча генерала. Почему-то мне стало проще с ним общаться, словно тяжесть упала с плеч. Он уже не казался таким каменным и неприступным. Правда, все еще доводил меня своим необъяснимым поведением, но что-то подсказывало, что с ним можно договориться, возможно, со временем мы даже станем союзниками.